"Утюги"//22.03.2010
«Утюги», брейк-данс, борцы, Рашка, «Космос» и Мазутка, арбатские, бауманские, Любера, клубы «Молоко» и «Крондштадт», «Каменный Цветок»,бомбить фирму, «Алерцы» и «Финики», «Бундеса» и «Юэсы», «Нью белланс» и «Рибок», «Ливайс 501» и «Авирекс», «Лягушки» и «Джан Спорт», ЛЛ БИН, и «Тимберленд», два прибора и дичка сверху, за водкой в таксопарк, отдача, грин, Волиен зи Гельтаушен? Вайтта Рахха?
Этот набор слов может показаться абсурдом, но это целая эпоха, эпоха людей, многих из которых уже нет в живых… московские улицы и задворки сильно изменились, почти ничего не напоминает о том Арбате и Калининском и о всем том, что происходило там в конце 80-х начале 90-х.
Но многие тенденции в жизни, одежде и музыке, языке и манерах присутствуют сегодня во всех тех, кто пытается приблизиться к элите и некой гламурной и беспечной жизни
Мало кто вспомнит их имена, клички и лица…
Сегодня им под 40, их мало, и именно они попали под раздачу, под пресс. Люди, воспитанные на идеологии марксизма, были как никто свободолюбивы и свободны, по-настоящему смелые.
Смелые — для того чтобы вступать в контакт с иностранцами.
Смелые — для того чтобы заниматься предпринимательством.
Смелые — для того чтобы садиться в тюрьмы за покупку валюты.
Смелые — для того чтобы танцевать брейк-данс в 50 метрах от 5-го отделения милиции на Арбате.
Смелые — чтобы жить как в американских фильмах.
Смелые — для того чтобы ежедневно быть лицом к лицу с опасностью быть кинутым, избитым залетной быдлой, свинченным ментами, лишиться модной обновки.
Смелые — для того чтобы решать, как жить самостоятельно.
Смелые — чтобы кидаться деньгами.
Это они первые стали носить сниккера с волшебной буквой N и ввели моду на фенечки хип-хоп культуры.
Это они поклонялись Beasty Boys, U2, RUN DMC и Guns'n'Roses.
Это они ввели моду на купеческо-легкое расставание с крупными суммами денег в ресторанах и дискотеках и с легкостью покупали таксистов на недели.
Это они могли сорваться в Таллин или Питер за считаные часы.
Это они в 16-18 лет зарабатывали в день в разы больше, чем вся их семья в месяц, и знали лично тех, кто и сегодня является авторитетом для многих.
Это длилось недолго, а той поры как будто и не было.
Как и нет многих из тех, кто ставил над собой наркотические эксперименты:
А оставшиеся еще долго мытарились по жизни в поисках себя, не зная, где применить себя, воспринимая резкий взлет и такое же резкое падение как личную войну с полным поражением.
И не было у них ни личных батюшек, ни психологов, ни интернета-советчика, да и слово «депрессия» было не принято, как не принято было плакаться в жилетку и выставлять напоказ свои слюни.
И где им знать, что они избранные, что жить в эпоху перемен — не сахар, что Бог терпел, и нам велел, что все проходит, и это пройдет…
И прошло, прошло так быстро и безоглядно, что и не похоже на правду, но это было, и совсем недавно…
Where the streets have no name
Where the streets have no name
We're still building
Then burning down love
Burning down love
And when I go there
I go there with you
It's all I can do
U2
